Егор сковорода медиазона


Доска-убийца, корни и платяной шкаф. Как полицейские объясняют телесные повреждения жертв пыток

Катался по земле и бился о корни

В мае 2015 года москвича Павла Баронина и его друзей задержали в парке сотрудники Центра «Э». Баронин рассказывал, что пытался убежать от этих неизвестных людей в гражданской одежде, однако его повалили ударом кулака и стали избивать всемером. Руки юноше связали проволокой и после избиения на три часа оставили лежать на холодной земле.

Следствие пришло к выводу, что полицейские действовали правомерно, а телесные повреждения образовались из-за того, что Баронин вырывался и «целенаправленно упал на землю, стал кататься по земле, при этом ударяясь головой о землю, корни деревьев и другие предметы». Уголовное дело не возбуждено.

Похожим образом следствие объяснило и случай Ислама Жабраилова, которого в мае 2014 года задержали в парке люди в гражданской одежде. С криками «Стой! Стрелять буду!» они повалили Ислама и троих его знакомых на землю и стали избивать. По словам свидетелей, били ногами и черенком от лопаты.

Следствие не стало возбуждать уголовное дело против полицейских, сославшись на то, что Ислам Жабраилов «во время преследования несколько раз падал, затем, упав, скатился в овраг, а когда его задержали, вырвался и, подбежав к дереву, стал пытаться причинить себе телесные повреждения, ударяясь головой об дерево».

На голову доска упала

Оренбуржец Владимир Ткачук отбывал наказание в СИЗО-2 Орска. В сентябре 2013 года его матери позвонил неизвестный, который рассказал, что Владимира до смерти забили сотрудники ФСИН. На его теле нашли многочисленные телесные повреждения.

Следственный комитет шесть раз выносил постановления об отказе в возбуждении уголовного дела — по версии следователя, Ткачук погиб из-за упавшей на него доски. Версия следствия выглядела следующим образом: у стены стояла доска шириной 30 см, толщиной 5 см и высотой «примерно в 2-3 метра»; такими досками заключенные стелили полы в помещении. Якобы эта доска упала Ткачуку на голову, из-за чего он и умер.

Судебно-медицинская экспертиза показала, что закрытая черепно-мозговая травма «образовалась в результате неоднократных ударов тупым твердым предметом (предметами) с преобладающей травмирующей поверхностью в лобную, теменные, височную и затылочную области головы». То есть доска должна была бы упасть на заключенного несколько раз, замечают правозащитники.

Спустя полгода уголовное дело было все-таки возбуждено, однако подозреваемые — глава СИЗО-2 Евгений Шнайдер и начальник оперативного отдела Виталий Симоненко — были задержаны лишь в июне 2017 года, когда жалоба правозащитников была коммуницирована Европейским судом по правам человека.

Ударился о дубинку, висевшую на руке милиционера

В январе 2008 года к жителю Марий Эл Дмитрию Ефремову подошли двое милиционеров. Они попросили его предъявить документы, которых у мужчины с собой не оказалось. Спор, по словам Ефремова, перерос в избиение — сотрудники милиции повалили его на землю и стали бить руками, ногами и резиновыми дубинками. Мужчину отвезли в отдел полиции, откуда отпустили после медосвидетельствования, показавшего легкую степень опьянения. Позже врачи в травмпунке зафиксировали у него кровоподтеки на лице, руках, ногах и левой ягодице, а также разрыв слизистой оболочки нижней губы.

Милиционеры утверждают, что они не применяли силу. По словам милиционера Кольцова, у него не было «тренчика», поясного держателя для дубинки, который прикрепляется к ремню, поэтому дубинка на лямке висела у него на руке. Из-за этого могло нечаянно случиться так, что «при применении приемов задержания могли быть причинены какие-либо удары данной резиновой палкой».

Следствие 12 раз отказывалось возбуждать уголовное дело. Правозащитники направили жалобу в ЕСПЧ, решение еще не вынесено.

Был пьян и жаловался на печень

В сентябре 2014 года в Подмосковье полицейские задержали мигранта из Таджикистана Фарруха Урозова, подозреваемого в попытке изнасилования шестилетней девочки. Через несколько часов в коридоре отдела бригада скорой помощи констатировала его смерть. По словам брата погибшего, он был в отделе и через приоткрытую дверь кабинета слышал крики Фарруха и глухие звуки, похожие на звуки ударов. После каждого удара Фаррух кричал.

Судмедэксперты пришли к выводу, что Урозов умер в отделе от закрытой травмы груди с множественными переломами ребер и развитием острой дыхательной недостаточности. Ему нанесли не менее 75 ударов.

По версии полицейских, они предложили Фарруху Урозову написать явку с повинной, но тот отказался, сообщив, что у него болят руки и бок, а еще он пьян. Задержанный якобы попросил дать ему поспать несколько часов, после чего он все напишет. Оперативники утверждали, что они предложили Фарруху медицинскую помощь, но тот отказался, пояснив, что у него всегда болит печень, когда он пьет.

Удары, которые слышал брат задержанного, были звуками ударов уголовным кодексом о стол, настаивали они: один из полицейских стучал кодексом о столешницу, чтобы вразумить подозреваемого.

Эта версия все же не удовлетворила следственный комитет, возбудивший уголовное дело. В июне 2016 года Солнечногорский городской суд приговорил полицейских Станислава Дейкуна и Андрея Чернышева к 7 годам и 4 месяцам лишения свободы каждого, а Владимира Гордеева — к 7,5 годам заключения.

Уронил шкаф и порезался осколками

В августе 2016 года сотрудники московского СОБРа ворвались в квартиру студента-медика Мурада Рагимова. На него надели наручники и около трех с половиной часов избивали сначала в коридоре, затем в кухне. По словам родных, юношу били руками и ногами, разряжали в него электрошокер, разломали стол и били ножкой от стола, разбили о голову хрустальную конфетницу, душили пакетом, наступали на цепь от наручников.

Они пытались заставить Мурада признаться в терроризме, хранении оружия и изготовлении наркотиков. В итоге Рагимова доставили в полицию по подозрению в хранении «спайсов» — отец рассказывает, что видел, как сыну подбросили наркотик. Когда Мурад отказался подписывать протокол, один из силовиков воткнул ему в ступню десантный нож.

Несмотря на зафиксированные врачами повреждения, следствие отказалось возбуждать уголовное дело о пытках. Следователям оказалось достаточно объяснений силовиков, рассказавших, что студент якобы набросился на «сотрудника СОБР с большим щитом» и повалил в коридоре шкаф с зеркалом. Зеркало разбилось, а Рагимов «порезался острыми осколками». При этом на фотоснимках, сделанных во время обыска, шкаф стоит на месте, осколков не видно, а зеркало цело.

Неудачно спрыгнул с лесовоза

Олега Краюшкина, предпринимателя из нижегородского города Павлова, полицейские задержали в сентябре 2012 года. Полицейские требовали от него признаться в краже пилорамы, которую Краюшкин купил незадолго до задержания. Бизнесмена сковали наручниками и несколько часов били дубинками по ногам и пяткам.

Два месяца он провел под домашним арестом, после чего дело о пилораме затихло. Окончательно оно не прекращено до сих пор, так что Олег не может добиться реабилитации. Уголовное дело о пытках было возбуждено в отношении неустановленных полицейских лишь через год, но до сих пор к ответственности никто не привлечен.

В своих объяснениях, которые сначала следствие приняло за основную версию, полицейские ссылались на слова Краюшкина, который якобы рассказывал, что получил телесные повреждения, неудачно спрыгнув с лесовоза.

Просился в туалет и стукнулся о книжную полку

Дмитрия Очелкова в 2002-2003 годах не раз пытали в отделах милиции городов Заволжье и Балахна в Нижегородской области. Как отмечает «Комитет по предотвращению пыток», Очелкова били, пытали «ласточкой», «конвертом», душили противогазом и пропускали через него электрический ток. Все повреждения были зафиксированы.

По делу о пытках в Балахне следователи вынесли девять отказов, а все-таки возбужденное уголовное дело о пытках в Заволжье девять раз прекращалось. Правозащитники обратились в ЕСПЧ, и в 2013 году суд присудил Очелкову 20 000 евро компенсации морального вреда.

Отвечая на вопросы ЕСПЧ, российские власти заявили, что пыток не было, а повреждения мужчина получил «по его собственной неосторожности». При посадке в патрульную машину он «ударялся плечами и другими частями тела о выступающие части автомашины», травмы лица получил «при падении с лестницы». Кроме того, следствие пришло к выводу, что Очелков во время беседы с оперативником «дважды просился выйти в туалет и дважды ударялся головой о книжную полку, висевшую на стене над стулом».

Срок давности по делу уже прошел, к ответственности никто не привлечен. Дмитрий Очелков умер в 2012 году.

Сидел на руках, вот они и распухли

Сергея Ляпина задержали в апреле 2008 года, когда он собирал бесхозный металлолом. Милиционеры заподозрили его в кражах из гаражей и под пытками требовали признать себя виновным — сначала его стягивали ремнями, а потом пытали током, прикрутив к мизинцам провода.

Из отдела полиции Сергей попал в больницу, а его жена, написав жалобу в прокуратуру, добилась направления на судебно-медицинскую экспертизу, которая зафиксировала все повреждения. Полицейские утверждают, что в камере задержанный Ляпин сидел на руках, и именно от этого, а не от пыток током, они разбухли (жена Ляпина Лилия вспоминала, как она увидела огромные синие руки супруга). Повреждения на лице они объясняли тем, что Ляпин «лицо натирал себе джинсовой курткой, в которую был одет».

В 2014 году ЕСПЧ присудил Сергею Ляпину компенсацию в размере 45 тысяч евро. Только после этого было возбуждено уголовное дело о пытках, но полицейские, которых он опознал, так и не стали обвиняемыми. Вскоре по делу истекает срок давности.

zona.media

«Ложись, убью!». Пресс-тур в Чечню

Утром девятого марта я сидел в квартире, которую правозащитники из Сводной мобильной группы (СМГ) «Комитета по предотвращению пыток» сняли в ингушском Карабулаке, и размышлял, стоит ли начинать текст с описания погрома в их грозненском офисе летом прошлого года, когда двум сотрудникам «Комитета» пришлось выпрыгивать в окно, чтобы спастись от вооруженной толпы. Прыгая, они сорвали с дома вывеску «Цветы», припоминал я и, пожалуй, немного завидовал их приключениям.

На закате мы были на месте теракта в бесланской школе №1, там во дворе я подобрал каштан и положил его в правый карман. Через два часа, когда стемнело, я лежал в придорожной канаве на границе Ингушетии и Чечни, меня били деревянной палкой, а я пытался объяснить обыскивавшему мои карманы парню, что это всего лишь каштан, и больше у меня ничего нет. Диктофон и телефон, которые я успел спрятать, он не нашел. Раздался хлопок, пламя взвизгнуло, меня обдало жаром, а нападавшие умчались в сторону Грозного. Наш микроавтобус полыхал, как офис СМГ в декабре 2014-го.

После трех суток допросов эмоции, как и способность писать русским неканцелярским языком, несколько притупились, поэтому я излагаю сухую хронологию событий.

Грозный—Карабулак—Беслан. Слежка

7 марта, 14:25. Группа сотрудников «Комитета по предотвращению пыток» и журналистов, которые собирались писать о людях, пострадавших от произвола силовиков в Чечне, сошла с самолета в аэропорту Грозного. Там их встретил живущий в Ингушетии водитель Башир Плиев, который на своем микроавтобусе отвез группу в отель «Грозный-сити». В аэропорту прибывших фотографировали неизвестные люди в штатском.

В группе были сотрудники «Комитета по противодействию пыток» Тимур Рахматулин, Иван Жильцов и Екатерина Ванслова, фотографы Михаил Солунин и Антон Прусаков, а также несколько корреспондентов — Мария Перссон-Лёфгрен со «Шведского радио», Александрина Елагина из журнала The New Times, Максим Курников с радио «Эхо Москвы» в Оренбурге, Петр Рузавин с телеканала «Дождь» и я.

16:30. Вся компания вышла прогуляться по городу, перешла по мосту через реку Сунжу и возле мечети «Сердце Чечни» неожиданно встретила чеченскую правозащитницу Хеду Саратову, известную своей лояльностью к руководству республики. Саратова, по ее словам, оказалась в этом месте совершенно случайно.

После 20:30. Большая часть прилетевших вернулась в гостиницу, а Александрина Елагина пошла гулять по городу со своим местным знакомым. Во время прогулки за ними следили, а вооруженные люди проверили документы у приятеля Александрины.

8 марта, 9:10. Вся группа на «Фольксвагене» Башира Плиева выехала в ингушский город Карабулак, где находится офис СМГ. После двух погромов штаб-квартиры в Грозном правозащитники были вынуждены переехать в более безопасную соседнюю республику. До границы с Ингушетией за микроавтобусом следила «Лада-Приора», однако дальше она не поехала. Слежка никого не удивила — для журналистов и правозащитников в Чечне это обыденное явление.

14:50. Когда после встречи с заявителями «Комитета по предотвращению пыток» в карабулакском офисе группа обедала в расположенном неподалеку кафе «Тим-Томп», рядом появился тонированный «Мерседес». На машине были ингушские номера с цифрами 666. После обеда она поехала за правозащитниками и завернула во двор дома, в котором располагается их офис. Постояв там 5-10 минут, «Мерседес» уехал.

Посетив в Карабулаке дом семьи, глава которой, как уверены родственники, был убит в управлении Следственного комитета в Грозном, вся группа вернулась в отель «Грозный сити». Вечером Александрина Елагина и Петр Рузавин встречались с Хедой Саратовой, которая подсказала им пару новых тем и настойчиво расспрашивала о целях поездки и планах журналистов.

После нападения на журналистов и правозащитников в Ингушетию вылетели корреспонденты «Медиазоны». Видео: Маргарита Филиппова, Денис Синяков / Медиазона

9 марта, 9:20. Группа, к которой присоединился прилетевший накануне журналист норвежского издания Ny Tid Ойстейн Виндстад, снова выехала в Карабулак, где до часу дня общалась с заявителями, после чего часть компании решила пройтись по городу. На выходе из микрорайона к ним подошел мужчина в штатском, который показал удостоверения сотрудника МВД и поинтересовался, что они делают в Карабулаке. Позже он дошел до офиса, где представился участковым и задавал те же вопросы.

15:30. Несколько журналистов на автомобиле Башира поехали в дом на окраине Карабулака, чтобы пообщаться с живущей там семьей. Гости стучали в ворота, но им никто не открыл. В этот момент журналисты заметили, что за микроавтобусом следит серебристая «Приора» с чеченскими номерами. На передних сидениях были двое мужчин, один из них держал в руках рацию.

15:50. На обратном пути в офис «Приора» сначала обогнала микроавтобус, а после — за поворотом — остановилась на парковке у придорожного магазина, чтобы пропустить его вперед.

Назначенное на вторую половину дня интервью отменилось, поэтому группа разделилась: Петр Рузавин и Максим Курников решили вернуться в Грозный на автомобиле Тимура Рахматулина, а остальные поехали в Беслан — к мемориалу в школе №1. Выезжая из двора, мы заметили ту же серебристую «Приору» с включенными фарами.

16:45. Журналисты и правозащитники приехали на место теракта в бесланской школе. В 17:08 я подобрал во дворе школы каштан. Побродив вокруг изрешеченного пулями здания и внутри обгоревшего спортзала, полного детских игрушек, мы поехали обратно.

Около 17:00. Тимур Рахматулин и двое журналистов едут из Карабулака в Грозный и примерно в километре от границы Чечни видят странное скопление из пяти-шести автомобилей с чеченскими номерами, в основном — модели Toyota Camry.

Около 18:00. В Беслане микроавтобус с другой частью разделившейся группы останавливается у кафе на окраине, где минут 20-30 ждет, пока приготовятся осетинские пироги. В машину группа садится уже в глубоких сумерках; горячие пироги аккуратно ставят в багажник. Задремывая, мы едем обратно в Грозный.

ФАД «Кавказ». Нападение и поджог

19:05. «Фольксваген» Башира Плиева выехал с автозаправки на федеральной автодороге «Кавказ», где останавливался на несколько минут. Машина движется в сторону административной границы Ингушетии и Чечни.

Егор Сковорода смог сделать аудиозапись нападения на автобус. На шкале времени мы отметили несколько реплик на чеченском языке, произнесенных нападавшими.

19:13. В трехстах метрах от границы, проехав 500 метров после последнего ингушского полицейского поста, Башир резко тормозит — микроавтобус подрезало несколько легковых машин, а прямо перед ним остановилась белая «Приора». Из машин выбегает толпа — около 15 молодых людей. Они принимаются крушить лобовое и передние стекла микроавтобуса — видимо, битами; стекла разлетаются в крошку. Люди в медицинских масках окружают машину и бьют стекла по всему периметру — тычут в окна, как копьями, деревянными палками. Это что-то вроде толстого древка для флага или черенка от лопаты. Башира, который отказывается открывать пассажирскую дверь и пытается увещевать говорящих с чеченским акцентом людей снаружи, выволакивают из машины и избивают.

19:14. «Давай, выходи! Выходи ***** из машины!» — орут нападающие и обильно матерятся. Они кричат: «Вы защищаете террористов», «Вы никого не представляете», «Уезжайте, вам нечего делать в Чечне», «Аллах акбар», «Вы защищаете убийц наших отцов». Через разбитые окна пассажиров, которые в основном сгруппировались в центре салона, бьют и тычут палками.

Несколько раз нападающие обращаются друг к другу на чеченском: «Вытаскивай ее оттуда», «Выводи, выводи».

19:18. Неизвестным в масках удается выломать дверь «Фольксвагена», силой, подгоняя ударами, они выволакивают пассажиров наружу. Там их сообщники перекидывают людей через металлический отбойник у трассы и валят в придорожную канаву, где такие же боевики в масках избивают их палками, не позволяя подняться. «Ложись, убью!»

«Вы защищаете бандитов!» — орут они по-русски с сильным акцентом. Часть пассажиров обыскивают, отнимая мобильные телефоны. Вынутый из кармана Ивана Жильцова телефон бьют об асфальт. У 60-летней Марии Перссон-Лёфгрен отнимают сумку с деньгами и техникой. Бьют и женщин, и мужчин. «Вы террористы!». Снова слышны реплики на чеченском: «Не бейте, не бейте» и «Телефоны отбирайте».

19:20. «Гад ******, отдай это! Что это?» — орет один из боевиков, ощупывая мой карман. «Да это каштан» — «Еще что есть?!».

19:21. Облив из пластиковой канистры бензином (или другой горючей жидкостью) микроавтобус, нападавшие поджигают его, по команде «уходим!» бросаются к своим машинам и срываются в сторону Грозного. Сумки с вещами журналистов и правозащитников они забирают с собой.

19:22. Избитые пассажиры поднимаются и уходят в поле подальше от пылающего «Фольксвагена», опасаясь, что взорвется бензобак. Проезжающие машины останавливаются, из них выходят люди. Через 10-15 минут начинают подъезжать сотрудники полиции, появляются скорая помощь и пожарные, которые тушат микроавтобус.

Сунжа и Карабулак. Полиция, больница, люди с автоматами

19:38. Водитель Башир разговаривает с подъехавшим Тимуром Рахматулиным: «Если бы я дверь открыл бы, это бы был ****** ******». «Она кормилица моя была», — с рыданием в голосе оборачивается он к горящей машине.

20:30. Сотрудники ингушской полиции, которые вблизи границы с Чечней заметно волновались и спешили увезти пострадавших с места нападения, доставляют журналистов и правозащитников в Сунжу. Тех, кто пострадал сильнее, отвозят в Сунженскую ЦРБ, где их осматривают врачи. У водителя Башира Плиева оказались сломаны рука, нога и ребра, он получил сотрясение мозга; Марии Перссон-Лёфгрен и Ойстейну Виндстаду пришлось накладывать швы. Их оставляют в больнице, как и Екатерину Ванслову, у которой тоже подозревают сотрясение мозга.

Водитель Башир Плиев получил тяжелые переломы и лишился собственного автомобиля, с помощью которого зарабатывал на жизнь. За машину остается невыплаченным кредит.Фото.Фото: Денис Синяков / Медиазона

20:45. В отделе полиции следователи и оперативники опрашивают остальных пострадавших, выясняя у них детали случившегося.

21:58. Несколько автомобилей подъезжают к дому в Карабулаке, где в квартире на втором этаже располагается офис Сводной мобильной группы правозащитников. Оттуда выбегает десяток людей в белых балаклавах, вооруженных пистолетами и автоматами. Они пытаются взломать дверь и проникнуть в квартиру.

22:08. Двое нападавших проникают в офис на втором этаже, вероятно, через окно. Мужчина в мокасинах и с пистолетом безуспешно пытается открыть дверь изнутри. Пару минут оба колотят железную дверь ногами, но та не поддается. Разгромив квартиру, нападавшие уходят. С собой они забирают часть техники и пару автомобильных колес с балкона. Два ноутбука они сложили в сумку, но почему-то не взяли с собой.

22:15. В отдел полиции в Сунже приезжает глава МВД Ингушетии Александр Трофимов, который опрашивает пострадавших. По факту нападения возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 167 УК (уничтожение чужого имущества) и части 2 статьи 213 УК (хулиганство).

Магас. Допросы, экспертизы, «Мцыри»

10 марта, 9:30. После прошедшей в допросах бессонной ночи Ивана Жильцова, Антона Прусакова, Александрину Елагину, Михаила Солунина и меня отвозят на судебно-медицинскую экспертизу. У мужчин эксперт фиксирует многочисленные гематомы по всему телу; у Александрины находят отслоение одной из костей левой ноги. Из больницы она выходит уже в гипсе.

13:30. Всех четверых привозят в здание МВД по Ингушетии в Магасе. После заявлений Пескова, поручений Колокольцева и указаний Путина дело передают на федеральный уровень, в следственную часть МВД по Северо-Кавказскому федеральному округу. Продолжаются допросы, дополнительные допросы и другие следственные действия. Тех, кто госпитализирован, допрашивают в больнице.

Михаил Солунин и Александрина Елагина в гостинице. Фото: Денис Синяков / Медиазона

10-13 марта. Пострадавших журналистов и правозащитников берут под госзащиту. К возбужденному делу добавляется статья 167 УК (разбой). По факту нападения на квартиру в Карабулаке расследуется дело о краже (статья 158 УК). Бесконечные допросы продолжаются.

«Подписывай, старик!» — следователь протягивает очередной протокол. Пока потерпевший ставит росписи, он вдруг говорит: «Старик! Я слышал много раз, что ты меня от смерти спас».

«Зачем? Угрюм и одинок грозой оторванный листок», — подхватывает второй следователь. «Любишь Лермонтова? Люблю “Мцыри”, лучше всех про Кавказ он писал».

Накануне этот следователь в сопровождении ингушских оперативников ездил в «Грозный-сити», чтобы осмотреть номера пострадавших и забрать оставшиеся там вещи. В МВД Чечни соседям обещали оказать содействие, но когда ингушские полицейские вместе с чеченскими коллегами пришли в гостиницу, их туда не пустила охрана. Гендиректор отеля сообщил, что «хозяин будет недоволен». Осмотреть номера сотрудники МВД Ингушетии смогли только через день. Вещи привезли утром 13 марта, когда после окончания всех допросов журналисты и правозащитники уже улетали в Москву.

В Грозном практических всех местных жителей, кто разговаривал или только собирался встретиться с журналистами во время этой поездки, вызывали силовики и угрожали им.

Фотографии: Денис Синяков. Видео: Маргарита Филиппова, Денис Синяков. Монтаж: Маргарита Захарова. Верстка: Михаил Березин

Хронология событий восстановлена по времени создания соответствующих фото-, аудио- и видеофайлов, а также по времени соединений мобильных телефонов.

zona.media

«У нас тут это место намолено, люди знают, куда приходить». Репортаж из сожженного офиса «Мемориала»

Пахнет гарью. Пепел скрипит под ногами. Кругом сгоревшая мебель и оплавленная техника — принтеры, компьютеры, клавиатуры. Удивленно выгнувшееся стекло микроволновки, которая стояла на кухне — открытый огонь туда не дошел, но жара оказалось достаточно, чтобы покорежить и микроволновку, и кондиционер. Не пострадал висевший на соседней стене портрет Натальи Эстемировой — сотрудницы отделения «Мемориала» в Чечне, которую 15 июля 2009 года похитили в Грозном; ее тело с огнестрельными ранениями нашли позже в ингушском селе Гази-Юрт под Назранью.

В Ингушетии отделение «Мемориала» открылось почти 18 лет назад, в марте 2000 года, и сначала занималось проблемами беженцев из соседней Чечни (там отделение появилось только через год). Очень скоро правозащитникам пришлось заняться и другими вопросами — бессудными казнями, похищениями, пытками. Все эти годы офис в Назрани располагался на втором этаже небольшого кирпичного здания на улице Муталиева, 46. «У нас это место намолено», — говорит Олег Орлов, который сейчас руководит в «Мемориале» программой «Горячие точки».

Офис на Муталиева подожгли 17 января около 3:35. В этот момент к зданию подъехал автомобиль, из багажника которого торчала лестница. Из машины выскочили двое молодых людей, которые схватили лестницу, забрались на второй этаж, выбив окно, облили комнату горючей жидкостью и подожгли. Торопившиеся преступники успели проникнуть только в одно помещение — кабинет главы ингушского «Мемориала» Тимура Акиева. Из него пламя перекунулось в две соседние комнаты, но не успело распространиться на все остальное помещение — приехавшие пожарные быстро потушили огонь.

— До восьми утра я думал, что это проводка. Пока не увидел пластмассовую бутылку, которая пахнет бензином, — говорит Акиев, заваривая чай в уцелевшей кухне. Чай получается «с дымком».

В пострадавших кабинетах стоят черные шкафы с почерневшими папками. «Это старые дела, которые мы выиграли в Европейском суде, их я хранил для истории», — говорит Иса Гандаров и достает одну из черных папок. Внутри все документы целы: выигранные в Европейском суде по правам человека дела не горят, только обугливаются по краям.

«Вот Новые Алды, — правозащитник вытаскивает папку за папкой, — это Старопромысловский район, это Зура Битиева, которая была убита. Эти дела мы выиграли. Вот они».

Новые Алды — чеченское село, где во время «зачистки» в 2000 году силовики убили не меньше 56 человек; недавно ЕСПЧ вынес очередной решение в пользу родственников погибших. В Старопромысловском районе Грозного в конце 1999-го и начале 2000 года от рук силовиков погиб по крайней мере 51 местный житель. Зура Битиева — участница антивоенных митингов в Чечне, ее вместе с семьей расстреляли в 2003 году.

Сотрудники «Мемориала» уверены, что поджог связан с атакой на отделение организации в Чечне — от Назрани до Грозного час езды. Когда 9 января задержали руководителя грозненского отделения Оюба Титиева, именно в Ингушетии расположился «штаб» его группы поддержки. Отсюда в суд и на следственные действия ездил адвокат Петр Заикин, который пытается доказать, что полицейские подбросили 60-летнему правозащитнику 206,9 грамма марихуаны. Как рассказывает сам Титиев, подкидывали ее дважды за одно утро — сначала полицейские не утруждали себя формальностями, поэтому позже отпустили задержанного, чтобы тут же остановить его машину вновь и оформить изъятие подброшеннго пакета уже в присутствии понятых. Известного всем своей любовью к длинным утренним пробежкам Титиева обвинили в хранении наркотических веществ (часть 2 статьи 228 УК) — по этой же статье и при похожих обстоятельствах в Чечне за последние несколько лет осудили общественного деятеля Руслана Кутаева и журналиста «Кавказского узла» Жалауди Гериева.

Перед поджогом офиса в Назрани правозащитники и журналисты «Новой газеты», которые на машине ингушского «Мемориала» ездили к арестованному Титиеву в Чечню, заметили демонстративную слежку. Женщину, которая сдавала помещение под офис правозащитникам в Грозном, запугивали полицейские. «А ты знаешь, кому сдала [офис]? Ты понимаешь, что ты неправа?» — пересказывает их слова Олег Орлов.

Утром 19 января полицейские пришли в это помещение уже с обыском, во время которого забрали только две сигареты и обрезанную жестяную банку с пеплом. Никто из сотрудников и побывавших накануне в офисе журналистов такой пепельницы не видел, а присутствовавший при обыске адвокат заметил, что сигареты были как будто выпотрошены и чем-то заново набиты. Учитывая предъявленные Титиеву обвинения, его коллеги опасаются, что в подозрительных сигаретах и жестянке могут оказаться подброшенные кем-то наркотические вещества.

После поджога управление МВД по Назрани возбудило уголовное дело по статье 167 УК (умышленное уничтожение имущества). Следователи начали с подробных допросов тех сотрудников «Мемориала», которые ездили в Чечню к Титиеву. Но на следствие правозащитники не слишком рассчитывают.

— К сожалению, с большой вероятностью можно думать, что ничего найдено не будет, — констатирует Орлов. И он, и Тимур Акиев сходятся во мнении, что даже если будут задержаны исполнители, которых могли нанять и в Ингушетии (все же ехать с торчащей из машины лестницей через всю республику довольно странно), то к заказчику, которого стоит искать в соседней Чечне, они вряд ли приведут.

— Исполнители эти скажут: да мы просто этот «Мемориал» терпеть не могли, — предполагает Акиев. — Так решили себя проявить. Они плохие, они иностранные агенты, они не любят Путина. Вот и все.

Точно так же, как в назрановском офисе, пахло гарью от микроавтобуса, в котором ехали журналисты и сотрудники «Комитета против пыток», расследующего случаи произвола силовиков в Чечне. 9 марта 2016 года на административной границе Ингушетии и Чечни на автобус напали, находившихся внутри избили палками, а саму машину сожгли. Тем же вечером разгромили офис «Сводной мобильной группы» (СМГ) правозащитников в ингушском поселке Яндаре. СМГ появилась в Чечне после убийства Натальи Эстемировой — чтобы не подвергать опасности семьи местных правозащитников, здесь вахтовым методом работали юристы из других регионов (в основном это были сотрудники «Комитета против пыток»). В Ингушетию участникам СМГ пришлось перебраться после того, как в Грозном в декабре 2014 года их офис подожгли, а затем, в июне 2015-го, разгромили. Ни одно из этих преступлений не было расследовано.

Вечером 17 января, в день поджога офиса «Мемориала», на канале ЧГТРК «Грозный» вышел сюжет с выступлением главы Чечни Рамзана Кадырова, который назвал Оюба Титиева «наркоманом» и заявил, что у правозащитников «родины нет, нации нет, религии нет».

«Сейчас со всего мира вот эти понаехали к нам всякие… в соседние регионы приехали и оттуда оскорбляют нашу Чечню, пытаясь нас спровоцировать. Поэтому я скажу вам, как мы сломаем хребет нашим врагам. Если будем много лучше, чем должны быть, тогда сломаем их хребет. Если не допустим у себя того, что могли бы допустить... тогда тоже сломаем. И мы это можем сделать!» — угрожал Кадыров.

Тимур Акиев говорит, что в Чечне сотрудники «Мемориала» очень уязвимы из-за того, что в регионе живут их родные, которые в любой момент могут стать жертвами произвола. «Все очень сложно здесь, на Кавказе, все так перепутано, и быть смелым — ты не можешь быть смелым сам по себе, не учитывая, как твоя смелость отражается на других», — говорит он. Сразу после ареста Оюб Титиев направил письмо президенту Путину, главе СК Бастрыкину и директору ФСБ Бортникову. «Если я каким-нибудь образом признаю себя виновным в инкриминируемом мне деянии, это будет означать, что меня заставили признать себя виновным путем физического воздействия или шантажом», — написал арестованный правозащитник.

«У нас [в Ингушетии] все-таки ощущение безопасности есть, и страха нет, — замечает Акиев. — Другое дело в Чечне. Там нет чувства безопасности, и постоянное, как радиация, чувство страха: ты вроде бы не знаешь, что это и откуда это может прийти — но оно вокруг тебя постоянно. Это чувство страха облучает и истощает твои силы».

Оглядывая почерневшие стены, Олег Орлов говорит, что из Ингушетии «Мемориал» уходить не намерен. На время расчистки завалов в сгоревшем офисе правозащитников пообещали приютить их ингушские коллеги.

— Мы офис здесь оставим и не собираемся уходить из региона, — говорит Орлов. — А место… У нас тут это место намолено, люди знают, куда приходить, менять его совсем тоже не хочется. Здесь ремонт надо сделать. И вернемся сюда.

Обновлено 10:55. Пока верстался этот текст, стало известно, что вчера вечером в Махачкале подождгли автомобиль «Мемориала», на котором в Чечню к Оюбу Титиеву ездил местный адвокат.

zona.media

Нападение на журналистов в Ингушетии

«Около семи часов вечера наш автомобиль подрезал микроавтобус, из него выскочили 10-15 человек. Нападавшие — молодые люди в масках, вооруженные палками — начали бить стекла нашей машины. Нас грубо вытащили из автомобиля, несмотря на то, что с нами были три девушки. Они кричали: "Вы террористы! Вы защищаете террористов! Вы помогаете убийцам моего отца"», — рассказывает Сковорода. Нападавшие отбросили журналистов и правозащитников в сторону отбойника, а затем подожгли их автомобиль и уехали. Юрист «Комитета против пыток» Дмитрий Утукин позже сообщил, что нападавшие кричали: «Вам нечего делать в Грозном!».

«Конечно, мы не успели забрать свои вещи из автомобиля. У меня сгорело все, что было с собой — паспорт, ноутбук. К нам довольно быстро приехали ингушские полицейские. В настоящее время мы пишем заявление о нападении», — пояснил корреспондент «Медиазоны».

Нападение на журналистов произошло в 500 метрах от поста ДПС на границе с Чечней, в районе бывшего населенного пункта Орджоникидзевская.

По его словам, впервые журналисты, освещающие деятельность Сводной мобильной группы, заметили слежку за их автомобилем во вторник днем, когда поехали с правозащитниками в Ингушетию. «Мы поехали на встречу с заявителями, за нами следил автомобиль, затем он отстал. Потом за нами демонстративно проследовал черный, полностью тонированный "Мерседес", — рассказывает Егор Сковорода. В среду днем автомобиль Сводной мобильной группы преследовала серебристая «Лада-Приора» с номерным знаком В504АТ95. В машине сидели двое мужчин, у одного из которых была рация.

Только что какие-то неизвестные люди напали на представителей Комитета против пыток, которые на микроавтобусе, насколько...

Опубликовано Иваном Давыдовым 9 марта 2016 г.

Дежурный в ОМВД по Сунженскому району сообщил «Медиазоне», что журналистам оказана помощь, они находятся в отделении внутренних дел. План по розыску пока не объявлен — полицейские оказывают помощь водителю, который даст показания. По словам дежурного, журналисты находятся в шоке и номеров автомобиля, на котором их преследовали нападавшие не запомнили. В какую сторону уехал их автомобиль сейчас устанавливается.

Сейчас наших сотрудников, журналистов из Швеции и Норвегии в больницу везет высокопоставленный офицер МВД Ингшуетии

— UtukinDmitry (@U2_Keen) 9 Март 2016

В момент нападения в машине, помимо водителя автобуса Башира Плиева, находились пресс-секретарь «Комитета по предотвращению пыток» Иван Жильцов, юрист-международник Екатерина Ванслова, корреспондент норвежского издания Ny Tid Ойстейн Виндстад, Лена Мария Перссон Лоефгрен из «Шведского радио», корреспондент «Медиазоны» Егор Сковорода, журналист New Times Александрина Елагина, фотограф Михаил Солунин и экс-сотрудник «Коммерсанта» Антон Прусаков.

«После этого бандитского нападения мы будем требовать возбуждения дела по статье "Воспрепятствование журналистской деятельности"», — сообщил главный редактор «Медиазоны» Сергей Смирнов. Между тем, по информации Flashnord, МИД Норвегии уже в курсе нападения на корреспондента журнала Ny Tid Ойстейна Виндстада.

Спустя три часа после нападения на журналистов, неизвестные атаковали штаб-квартиру Сводной мобильной группы «Комитета по предотвращению пыток» в ингушском Карабулаке. Люди в камуфлированной одежде и масках, вооруженные автоматическим оружием, подъехали к офису правозащитников на пяти автомобилях.

Пресс-секретарь главы Чечни Рамзана Кадырова Альви Каримов в эфире радиостанции «Эхо Москвы» опроверг появившуюся изначально информацию, что нападение произошло на территории Чечни. Он пояснил, что «если бы в республике произошло событие такого рода, он бы об этом знал».

3 декабря 2014 года в Грозном прошел многотысячный митинг «против терроризма», согласованный с властями. Участники акции вышли с плакатами, осуждающими деятельность правозащитников из «Комитета против пыток»: глава комитета Игорь Каляпин попросил Следственный комитет проверить слова главы Чечни Рамзана Кадырова, который предложил сносить дома семей террористов, чтобы наказать их за действия их родственников. После митинга неизвестные подожгли офис «Комитета против пыток» в Грозном, расположенный в многоквартирном доме. В соседних квартирах находились люди.

Спустя шесть месяцев, 2 июля 2015 года, авторы пожаро-технических экспертиз, проведенных в рамках расследования дела о поджоге офиса правозащитников, пришли к выводу, что офис был подожжен в трех местах. Эксперты нашли три очага пожара, не имеющих общей площади горения. Тогда юрист КПП Антон Рыжов говорил, что правозащитникам до сих пор неизвестно о наличии подозреваемых и гипотетических версий.

3 июня 2015 года офис «Комитета против пыток», недавно отремонтированный после поджога, снова разгромили. В тот день у здания регионального управления Следственного комитета собрались несколько сотен человек, потом толпа двинулась в сторону офиса правозащитников. Участники митинга были с плакатами «Избирательного права не может быть!», «Убийц к ответу!», «Почему молчат Каляпины?», «Дадаев — жертва беспредела!».

Люди в масках стали пытаться проникнуть в офис КПП через окна и дверь. В итоге неизвестные с ломами ворвались в подъезд и залили краской дверной глазок. Люди на улице крушили автомобиль правозащитников. Выломав дверь в офис, нападавшие стали громить помещение. Правозащитники успели вылезти через окно.

ЧГТРК «Грозный» назвал нападение на офис КПП «пикетом общественных организаций и представителей гражданского общества республики», которые «высказывали возмущение игнорированием правозащитниками факта убийства чеченского бизнесмена Дадаева». В тот день, по словам замглавы МВД по Чечне Апти Алаудинова, в отделы полиции были доставлены более 30 человек. Кадыров, комментируя разгром офиса КПП, заявил, что правозащитники «преднамеренно спровоцировали инцидент, имея цель еще раз прославиться в мировой прессе, стать обладателями новых американских грантов».

Вооруженный человек пытается выбить дверь изнутри нашей квартиры в Яндаре (Ингушетия) pic.twitter.com/oSqnYroisQ

— UtukinDmitry (@U2_Keen) 9 Март 2016

«Камеру наблюдения над дверью сбил человек в камуфляже. В камеры наблюдения на улице мы видели, что они подъехали на пяти машинах. Я не разбираюсь в моделях оружия, вижу двух человек с пистолетами, одного с ножом и еще одного с укороченным автоматом. Они все в масках», — рассказал Утукин «Медиазоне». По его словам, сейчас один из неизвестных уже проник внутрь и пытается помочь своим сообщникам вскрыть металлическую входную дверь.

Правозащитники уже сообщили о происходящем в МВД Ингушетии.

Позже Утукин написал в своем твиттере, что все камеры наблюдения в штаб-квартире СМГ выведены из строя, и что там происходит сейчас, правозащитники не знают.

Начальник пресс-службы МВД по Ингушетии Джабраил Шаухалов в комментарии «Медиазоне» сообщил, что он не владеет информацией о нападении неизвестных вооруженных людей на штаб-квартиру Сводной мобильной группы «Комитета по предотвращению пыток».

Глава МВД Ингушетии Александр Трофимов выехал на место происшествия и лично разбирается в обстоятельствах инцидента, он возглавил оперативно-следственную группу. Решается вопрос о возбуждении уголовного дела. Злоумышленников ищут, сообщает ТАСС.

Собеседник агентства в пресс-службе МВД рассказал, что сейчас решается вопрос о возбуждении уголовного дела по статье 167 УК (умышленное уничтожение или повреждение имущества) и статье 213 УК (хулиганство). Обе эти статьи подследственны МВД.

МИД Норвегии изучает информацию о нападении на журналистов и правозащитников, сообщил ТАСС представитель ведомства Руне Бьостад.

«Пока что мы не можем подтвердить имен, поскольку пытаемся получить точную информацию от нашего посольства в Москве и связаться с пострадавшим гражданином Норвегии. О происшествии нас проинформировали по телефону около 19:00 по местному времени (21:00 мск). Звонок поступил от представителя одной из [правозащитных] организаций», — цитирует агентство норвежского дипломата.

По данным FlashNord, в результате нападения в Сунженском районе пострадал как минимум один гражданин Норвегии — журналист Эйстейн Виндстад. «Я только что говорил с ним. Он госпитализирован. Выбитые зубы, гипс, порезы на лице и колене, синяки по всему телу. У нападавших в руках были дубинки и доски. Его диктофон и телефон были разбиты, с ним сложно связаться», — приводит агентство слова редактора издания Ny Tid Трульса Ли.

Атаку на журналистов и правозащитников прокомментировала международная организация «Репортеры без границ».

«Мы возмущены данным нападением и призываем власти России расследовать произошедшее, — сказал "Коммерсанту" представитель "Репортеров без границ" Йоханн Бир. — Надо отметить, что это далеко не первое нападение на правозащитников Комитета по предотвращению пыток. Теперь мы видим, к чему привела безнаказанность первых нападений».

«Очевидно, что законом об "иноагентах", а также громкие заявления главы Чечни против его критиков создают такой климат, где возможны подобные преступления», — добавил Бир.

Сотрудники правоохранительных органов Ингушетии говорят о полицейской операции по поиску напавших на журналистов.

«У водителя сотрясение, множественные ушибы головы и туловища, он путается в показаниях. Один номер [машины] назвал водитель, его объявили по плану “Перехват"», – рассказали «Медиазоне» в ОМВД по Сунженскому району Ингушетии.

К расследованию нападения уже подключился глава Ингушетии Юнус-бек Евкуров – Федотов/Эхо Москвы

— Philipp Kireev (@mynameisphilipp) 9 Март 2016 МИД Норвегии потребовал от России объяснений в связи с нападением, в котором пострадал журналист издания Ny Tid Ойстейн Виндстад, передает FlashNord со ссылкой на источник в ведомстве.Корреспондент Шведского радио Мария Перссон-Лефгрен, которая также находилась в машине правозащитников, не получила серьезных повреждений и «с учетом обстоятельств» чувствует себя хорошо, сообщает глава новостного вещания радиостанции Олле Закрисон.Президентский Совет по правам человека намерен обратиться в Следственный комитет, прокуратуру и к полпреду президента в Северо-Кавказском федеральном округе Сергею Меликову с просьбой расследовать нападение на журналистов и правозащитников. Об этом «Дождю» рассказал глава СПЧ Михаил Федотов.

«По его словам, "чеченский след" в нападении не исключается, но "во всех деталях нужно тщательно разобраться"», — приводит телеканал слова Федотова.

Нападение на микроавтобус Сводной мобильной группы правозащитников в Ингушетии произошло на автодороге в поле, где отсутствуют камеры видеонаблюдения, пояснил в разговоре с «Кавказским узлом» секретарь совета безопасности республики Ахмед Дзейтов. «Это прямо на выезде из станицы Орджоникидзевская, где стоял пост «Кавказ». Там пустырь, голое место, поле. Никаких камер видеонаблюдения нет», — сказал он. По его словам, «история [с нападением] очень неприятная», но журналисты «уже пришли в себя».

Совбез Ингушетии: на месте нападения на машину СМГ нет камер видеонаблюдения https://t.co/iNNd5JskSF #cknot

— Кавказский Узел (@caucasianknot) 9 Март 2016 Ранее «Кавказский узел» сообщил, что место нападения на журналистов осматривает оперативно-следственная группа.В МВД Ингушетии возбудили уголовное дело по факту нападения на журналистов. Сейчас дело расследуется по части 2 статьи 213 УК (хулиганство) и статье 167 УК (умышленное уничтожение имущества), сообщил корреспондент Медиазоны Егор Сковорода, допрошенный в качестве потерпевшего следователем Сунженского ОМВД Ингушетии.Нападение на журналистов и сотрудников «Комитета по предотвращению пыток» осудила представитель ОБСЕ по свободе прессы Дуня Миятович. Инцидент должен быть расследован, пострадавшим — обеспечена безопасность, написала Миятович в своем твиттере.

Полиция приступила к проверке сообщения о нападении на офис Сводной мобильной группы правозащитников в Ингушетии, заявили «Кавказскому узлу» в Назрановском РОВД. По словам полицейских, сообщение о нападении на квартиру членов Сводной мобильной группы поступило 9 марта в 23.35. «Сразу после этого сообщения на место происшествия выехала группа», — рассказал изданию сотрудник полиции.

При этом мэр Карабулака Муслим Яндиев пояснил, что дом, в котором находится штаб-квартира правозащитников, расположен на окраине города, однако административно это место относится к Назрановскому району. «К Карабулаку это отношения не имеет. Территориально — это Назрановский район, село Яндаре рядом с Карабулаком. Я слышал, что нападение произошло в районе новостроек. Что там конкретно произошло, мне неизвестно», — сказал Яндиев. Однако и в Яндаре никаких происшествий зафиксировано не было. «В Яндаре ничего не произошло», — сказал глава села Исмаил Падиев.

Корреспондент норвежского издания Ny Tid Ойстейн Виндстад, находившийся в машине Сводной мобильной группы, красочно описал газете Aftenposten свои впечатления от нападения: «Это было чудовищно, я думал, что умру. Я думал, что мне нужно в последний раз попрощаться с женой».

«Они пытались вытащить меня из автобуса, избивая, затем напали с палками и острыми предметами. Я боролся всеми возможными способами, потому что думал, что если они вытащат меня из автобуса, то я погибну», — добавил он.

Пострадавший норвежский журналист Ойстейн Виндстад.

@Ukropo4kA Norwegian journalist Oyten Winstead after "hooliganism" in Ingushetia via @RuslanLeviev pic.twitter.com/4GzP08wfWf

— Viktoria (@Ukropo4kA) March 10, 2016 Сейчас Виндстад, корреспондент «Медиазоны» Егор Сковорода и другие пострадавшие все еще находятся в отделе МВД в Сунже, где следователь Гайтукиев вручает им постановления о признании потерпевшими по делу № 16200056.

Теперь ещё задача найти в Ингушетии для журналистов переводчика с шведского и норвежского, чтобы можно было их допросить официально

— UtukinDmitry (@U2_Keen) 10 Март 2016

Пострадавшие от нападения журналисты и правозащитники до сих пор находятся в Сунженском ОМВД, где сотрудники полиции заканчивают оформлять их показания и ждут возвращения оперативно-следственной группу с места происшествия, рассказал по телефону корреспондент «Медиазоны» Егор Сковорода. Кроме того, полицейские решают вопрос с охраной потерпевших и пытаются найти им безопасное место для ночлега, добавил Сковорода.

В релизе об инциденте близ границы с Чечней, который опубликован на сайте МВД Ингушетии, о роде занятий потерпевших журналистов и правозащитников не упоминается — пресс-служба республиканского ведомства говорит лишь о нападении на «пассажиров автобуса».

«Сегодня около 19:30 часов на 595 км ФАД "Кавказ", на окраине г.п. (городского поселения — МЗ) Сунжа Сунженского района неизвестными был остановлен пассажирский микроавтобус. Злоумышленники напали на пассажиров и повредили транспортное средство, после чего скрылись с места происшествия. Пострадавшие доставлены в Центральную районную больницу Сунженского района.

На месте происшествия во главе с Министром внутренних дел Республики Ингушетия Александром Трофимовым работает следсвенно-оперативная группа. В настоящее время решается вопрос о возбуждении уголовного дела по ст. 167 (умышленное уничтожение или повреждение имущества) и ст. 213 (хулиганство) УК России. Проводятся оперативно-разыскные мероприятия по установлению и задержанию нападавших», — сообщается на официальном сайте МВД Ингушетии.

Источник «Интерфакса» в правоохранительных органах связал нападение на автобус «Комитета по предотвращению пыток» с профессиональной деятельностью правозащитников. «По предварительной информации, злоумышленники, очевидно, знали, что правозащитники направлялись в Чечню, поскольку ранее они уже ездили туда неоднократно, и злоумышленники своей хулиганской выходкой непосредственно на административной границе обеих республик таким образом могли остановить очередную поездку правозащитников в Чечню», — цитирует агентство своего собеседника. Руководство Ингушетии взяло под контроль расследование дела о нападении на журналистов и правозащитников, передает РБК со ссылкой на главу республиканского Совбеза Ахмеда Дзейтова.

«Уголовное дело под свой контроль взяло руководство республики, расследование также контролируют прокурор и министр внутренних дел», — сказал Дзейтов (цитата по РИА «Новости»).

В Москве на Новой площади у комплекса зданий администрации президента проходят одиночные пикеты в поддержку избитых журналистов и правозащитников.

Опубликовано видео с обращением главы «Комитета по предотвращению пыток» Игоря Каляпина и комментариями его коллег. Правозащитник назвал инцидент «демонстративной акцией устрашения».

Смотрите в Перископе трансляцию @d_sovaria с пикетов у Администрации президента https://t.co/X9VKUKDSIQ

— Pyotr Verzilov (@gruppa_voina) March 10, 2016 ТАСС: в МВД Ингушетии подтверждают, что попытка взлома в штаб-квартире «Комитета по предотвращению пыток» имела место; при этом заявления о преступлении от правозащитников ингушские полицейские пока не получали, говорит источник агентства. «Наша группа выезжала в селение Яндари в новый микрорайон, где, предположительно, находилась снимаемая "Комитетом по предотвращению пыток" частная квартира», — сказал неназванный сотрудник МВД. Арендуемая квартира находится на втором этаже пятиэтажного дома, уточняет источник ТАСС.

«Квартира закрыта, там никого нет. Входная металлическая дверь имеет следы попыток взлома», — рассказал он.

«Попытка взлома наверняка была, но самого проникновения в офис не было», — приводит ТАСС слова своего собеседника из правоохранительных органов.

По данным «Интерфакса», «правозащитники сделали заявление в правоохранительные органы по факту нападения на свою штаб-квартиру в Карабулаке (Ингушетия) в среду вечером».

Игорь Каляпин будет настаивать на передаче уголовного дела о нападении на сотрудников КПП и журналистов в Следственный комитет, передает «Интерфакс» со ссылкой на слова самого правозащитника.

«Кавказский узел»: четверо пострадавших в результате нападения остаются в стационаре, сообщила главврач Сунженской районной больницы Райхан Сейнароева; у них диагностированы черепно-мозговые травмы и сотрясения разной степени тяжести. Речь идет о журналистах Ойстейне Виндстаде и Марии Перссон Лефгрен, юристе Екатерине Вансловой и водителе Башире Плиеве.

АААААААА. Только что вышел из АП бывший руководитель ДНР Денис Пушилин - ему предложили присоединиться к пикетам! pic.twitter.com/CaJnCQvivb

— Pyotr Verzilov (@gruppa_voina) March 10, 2016

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заверяет, что Владимиру Путину доложили о нападении на автобус «Комитета по предотвращению пыток», передает «Дождь».

«Это абсолютно возмутительно. Это абсолютное хулиганство, насколько мы понимаем, опасности была подвергнута жизнь этих людей. Это абсолютно неприемлемо», — цитирует Пескова телеканал.

«Безусловно, президенту все необходимые доклады были сделаны, но пока я не располагаю информацией, какие именно указания давались», — добавил пресс-секретарь главы государства.

Он также «отметил, что в Кремле рассчитывают на "самые действенные меры" со стороны правоохранительных органов республики для поиска виновных», сообщает «Дождь».

К расследованию нападения на журналистов и правозащитников должны подключиться правоохранительные структуры федерального уровня, сказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.

«Насколько я понимаю, это было на территории Ингушетии. С другой стороны, речь идет о территории РФ, поэтому правильнее сказать, что [этим должны заняться] наши правоохранительные органы — и федеральные, и региональные», — цитирует Пескова «Интерфакс».

Уполномоченный по правам человека при главе Чечни Нурди Нухажиев обвинил в организации нападения на автобус «Комитета по предотвращению пыток» его председателя Игоря Каляпина, передает телеканал «Дождь».

«Я его не обвиняю, я говорю, что это его почерк», — цитирует «Дождь» Нухажиева. По словам чеченского омбудсмена, возглавляемая Каляпиным правозащитная организация «расцвела, получила премии, ордена» после убийства журналиста Натальи Эстемировой.

«Вот так вот. К сожалению, это так», — сказал Нухажиев.

Денис Синяков в одиночном пикете у АП pic.twitter.com/AazJMPEnck

— Мария Алехина (@MashaAlekhina) 10 Март 2016

Депутат Госдумы Дмитрий Гудков направил министру внутренних дел Владимиру Колокольцеву запрос с просьбой взять расследование нападения на журналистов и правозащитников под особый контроль, пишет РБК.

Гудков считает ошибочной квалификацию происшедшего в Ингушетии только как хулиганства; в действиях нападавших усматриваются также признаки другого преступления — воспрепятствования законной профессиональной деятельности журналиста.

«Всем пострадавшим были умышленно нанесены побои разной степени тяжести. По предварительным данным, у одного из правозащитников, гражданина Норвегии, в результате побоев была сломана нога. В действиях злоумышленников также усматривается воспрепятствование профессиональной деятельности журналистов и правозащитников», — сказано в депутатском запросе.

О статье 144 УК (воспрепятствование законной деятельности журналиста) упоминается и в письме главы СПЧ Михаила Федотова на имя генпрокурора Юрия Чайки: президентский Совет считает, что в действиях напавших на автобус КППП содержатся признаки именно этого преступления. Президент Владимир Путин поручил МВД расследовать нападение на журналистов и правозащитников на Кавказе, пишет Slon со ссылкой на «Интерфакс». Об этом рассказал пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков. Президент потребовал установить все обстоятельства произошедшего и дать ему правовую оценку.МИД РФ осудил нападение на иностранных журналистов и правозащитников на границе Чечни и Ингушетии. «Как и всякое противоправное действие в отношении граждан, осуждаем нападение на представителей общественной организации и журналистов, выражаем сочувствие пострадавшим. Надеемся, что виновные будут установлены и понесут соответствующее наказание», — передает заявление дипломатического ведомства ТАСС. Пикет солидарности с пострадавшими журналистами и правозащитниками в Москве. Фото: МедиазонаПосле комментария Кремля о нападении на журналистов и правозащитников на границе Чечни и Ингушетии сообщил даже «Первый канал».

«В среду вечером неизвестные в Сунже блокировали автомобиль, в котором вместе с репортёрами из Швеции и Норвегии ехали правозащитники», — описывает «Первый» событие, случившееся более восемнадцати часов назад.

Пикет солидарности с пострадавшими журналистами и правозащитниками в Москве. Фото: МедиазонаПредседатель парламента Ингушетии Мухарбек Декажев заявляет, что на журналистов и правозащитников не напали бы, сообщи они властям о своем маршруте: «Этого преступления могло и не быть, если бы организовавшие для журналистов пресс-тур известили бы органы власти региона о проводимом ими мероприятии. Тогда им было бы организовано сопровождение, все прошло бы без эксцессов», — цитирует Декажева ТАСС.

Глава парламента республики также назвал нападение на правозащитников и журналистов тщательно спланированным: «Преступники знали о передвижении, знали, кто в составе группы едет на микроавтобусе, знали, что они без охраны, что они без сопровождения свободно перемещаются и выбрали безлюдное место, где смогут свой преступный замысел реализовать», — заявил Декажев.

Ранее омбудсмен Чеченской республики Нурди Нухажиев обвинил в организации нападения на автобус «Комитета по предотвращению пыток» его руководителя Игоря Каляпина.Пострадавшая при нападении корреспондент The New Times Александрина Елагина получила серьезную травму ноги, об этом она сообщает на своей странице в фейсбуке. «На судебной медицинской экспертизе выяснилось, что у меня отслоение кости на левой ступне. Ребята практически носят меня на руках (коляску забрали в больнице). Сейчас мы в Магасе», — написала журналист.

Фото: Александрина Елагина / Facebook

Питерские журналисты выйдут поддержать коллег, пострадавших в Ингушетии, сообщает @ars_ves . Акция на Малой Конюшенной в 18 часов.

— Эхо Москвы в СПб (@echomsk78) March 10, 2016

Глава Совета по правам человека (СПЧ) при президенте РФ Михаил Федотов назвал заявление омбудсмена Чечни Нухажиева о причастности руководства «Комитета по предотвращению пыток» к нападению на журналистов и правозащитников «довольно смелым» и предложил ему заняться сочинением фантастических романов.

«Я думаю, что наш уважаемый коллега может писать фантастические романы, причем жанр фэнтези будет ему очень хорош», — сказал Федотов в интервью RFI.Известный фотограф Михаил Мордасов объявил сбор денег на съемочную технику взамен сожженной для фотографа Михаила Солунина, пострадавшего при нападении бандитов в камуфляже на автобус на границе Чечни и Ингушетии.«Министр внутренних дел Владимир Колокольцев поручил начальнику ГУ МВД по СКФО Сергею Ченкину и министру внутренних дел по республике Ингушетии Александру Трофимову принять исчерпывающие меры к установлению и задержанию лиц, причастных к нападению на правозащитников и представителей СМИ, которое произошло накануне на федеральной трассе "Кавказ" в Сунженском районе Ингушетии», — цитирует «Интерфакс» сообщение пресс-центра МВД.

По словам собеседника агентства, расследование нападения взято на контроль руководством министерства.

Пикет солидарности с пострадавшими журналистами и правозащитниками в Москве. Фото: МедиазонаНорвежский журналист Ойстейн Виндстад все еще находится в Сунженском ОМВД, он дает показания в качестве потерпевшего, отвечает на вопросы с помощью переводчика, рассказал «Медиазоне» юрист «Комитета по предотвращению пыток» Дмитрий Утукин. Вопрос о возвращении Винстада домой будет решаться завтра.

Утукин также рассказал, что в ближайшее время ожидается приезд в Назрань представителя консульства Швеции, который должен будет помочь корреспонденту Шведского радио Марии Перссон-Лефгрен восстановить документы, — ее паспорт сгорел в уничтоженном бандитами автобусе.

Московское отделение Комитет по предотвращению пыток присоединяется к акции в поддержку журналистов и правозащитников из...

Опубликовано Бабинецем Сергеем 10 марта 2016 г.Российские журналисты после инцидента в Ингушетии, где накануне вечером были избиты представители СМИ России, Норвегии и Швеции, создадут профсоюз, пишет РБК со ссылкой на заявление, подготовленное журналистами «Медиазоны»: «9 марта на границе Чечни и Ингушетии около 20 человек в масках жестоко избили журналистов и правозащитников, находившихся в регионе по приглашению «Комитета по предотвращению пыток» . Это демонстративное бандитское нападение требует ответных адекватных действий.

До сих пор мы, журналисты, отвечали на насилие и давление только своими публикациями — либо обращались с требованием восстановить справедливость к властям. Это не приносило результатов.

Прошлые нападения на наших коллег остаются безнаказанными – как в случае журналиста Олега Кашина. Наши коллеги сидят в тюрьме по абсурдным обвинениям – как в деле журналиста РБК Александра Соколова.

В этой ситуации мы считаем, что нашим ответом может стать только солидарность и попытка объединения. Сегодня в России нет организации, способной эффективно представлять интересы работающих журналистов.

Инструментом отстаивания своих прав – как профессиональных, так и трудовых – мы видим профсоюз.

Мы надеемся использовать законодательство и коллективные действия с максимальной пользой для защиты своих прав, в том числе — в случае увольнений, сокращений и преследования за профессиональную деятельность.

Мы, коллектив "Медиазоны", объявляем о намерении создать профсоюз в ближайшие несколько дней. Мы призываем журналистов как присоединяться к нему на условиях личного членства, так и создавать организации для защиты своих трудовых и профессиональных прав в других редакциях.

У нас уже есть договоренность с компетентными и опытными юристами, которые помогут правильно оформить документы и разъяснят членам будущего профсоюза их права и обязанности.

Ограничений на членство по идеологическим или политическим причинам не будет: мы видим своей задачей защиту прав всех реально работающих журналистов и фотографов — как штатных сотрудников редакций, так и фрилансеров.

В профсоюзе предполагается коллегиальное управление.

Присоединиться к нему уже выразили намерение фотожурналист Денис Синяков, писатель и журналист Олег Кашин и корреспондент издания "Знак" Екатерина Винокурова.

В ближайшее время мы проведем учредительное собрание профсоюза».

Правозащитник Игорь Сажин в Коми задержан за одиночный пикет с требованием найти виновных в нападении на журналистов pic.twitter.com/2wumKdvR4h

— анастасия зотова (@Alasta_ven) March 10, 2016

Глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров упрекнул «Комитет по предотвращению пыток» в том, что правозащитники не согласовывали свою работу с властями региона. «Насколько мне известно, в Ингушетии не было штаб-квартиры этой организации, как об этом пишут в средствах массовой информации. Эти правозащитники не поддерживали никаких контактов с уполномоченным по правам человека в Ингушетии. Не было у них контактов и с журналистами, хотя власти республики и журналистское сообщество, а уж тем более уполномоченный — открыты для контактов», — цитирует Евкурова «Интерфакс».

«Хотелось бы напомнить руководителям правозащитных организаций, чтобы всю свою деятельность на территории Ингушетии они согласовывали с уполномоченным по правам человека», — подчеркнул глава региона.

Вместе с тем, Евкуров назвал нападение на автобус правозащитников «провокацией», а расследование инцидента — «делом чести» правоохранительных органов, сообщает «Интерфакс». «Правозащитники и журналисты должны иметь возможность беспрепятственно осуществлять свою деятельность», — сказал глава республики.

Норвежец Ойстейн Виндстад рассказывает о нападавших в масках, которые выкрикивали “Zhurnalisty – pederasty!”.

Сейчас наш юрист Тимур Рахматулин едет с полицейскими в ингушский офис Комитета по предотвращению пыток на осмотр места происшествия.

— UtukinDmitry (@U2_Keen) 10 Март 2016 Союз журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области рассматривает инцидент в Ингушетии как воспрепятствование профессиональной деятельности работников СМИ и рассчитывает, что расследование дела будет вести Следственный комитет.

Петербургские журналисты тоже стояли сегодня с пикетами в поддержку избитых коллегhttps://t.co/uOL2DjbRLm Собрали фото акции

— Газета «Бумага» (@paperpaper_ru) 10 Март 2016 «Произошедший 9 марта в Ингушетии инцидент, в результате которого наши коллеги получили травмы и лишились своих вещей, в том числе профессионального оборудования, необходимо расценивать как случай воспрепятствования законной профессиональной деятельности журналистов и разбойную выходку. Мы рассчитываем, что Следственный комитет РФ возьмет уголовное дело и расследование под контроль. Преступники должны понести суровое наказание», — говорится в заявлении Союза.

Из квартиры Сводной мобильной группы в Ингушетии вынесли всю технику. Разрушений нет

— UtukinDmitry (@U2_Keen) 10 марта 2016 г. Пострадавшим от нападения на границе Чечни и Ингушетии правозащитникам и журналистам предоставили госзащиту, сообщил корреспондент «Медиазоны» Егор Сковорода. По его словам, правоохранители ознакомили потерпевших с соответствующим постановлением. Издание «Кавказский узел» со ссылкой на уполномоченного по правам человека в Ингушетии Джамбулата Оздоева уточняет, что защита потерпевшим предоставлена по просьбе корреспондента шведского радио Марии Перссон Лефгрен. В Сунженской больнице, где остается часть пострадавших, организована охрана, рассказал изданию Оздоев.

В пятницу следователю и сотрудникам МВД из Ингушетии не разрешили осмотреть гостиничные номера «Грозный-Сити», где жили избитые журналисты и правозащитники. Об этом «Медиазоне» сообщила юрист «Комитета против пыток» Екатерина Ванслова.

Она рассказала, что у нее были расписки от других журналистов и правозащитников, которые разрешили ей забрать вещи из их гостиничных номеров и не возражали против осмотра комнат сотрудниками МВД Ингушетии. Однако директор гостиницы «Грозный-Сити» отказался пустить Ванслову и полицейских, мотивируя это тем, что пришедшие не являются хозяевами комнат. Свои вещи из номера смогла забрать только Екатерина, так как у нее был с собой паспорт.

По словам корреспондента «Медиазоны» Егора Сковороды, ингушских полицейских при этом сопровождали их чеченские коллеги, к которым те обратились за содействием.

У МВД Ингушетии встретили избитого в атаке фотографа Михаила Солунина - рука сильно болит, едет с охраной в больницу pic.twitter.com/EbmrzrpFi7

— Pyotr Verzilov (@gruppa_voina) March 11, 2016

«Ноутбук, который я забрала в гостинице в Грозном, не включается. У меня есть подозрения на этот счет», — сообщила «Медиазоне» юрист Екатерина Ванслова.

Между тем, правозащитник Иван Жильцов отметил, что сегодня кто-то попытался взломать его почту на Gmail. Он уверен, что неизвестные делают это с его ноутбука или планшета. Ранее стало известно, что техника избитых журналистов не сгорела в их автобусе, а была украдена нападавшими.

У водителя микроавтобуса Башира Плиева, возившего группу журналистов и правозащитников, диагностированы сотрясение головного мозга, перелом руки и перелом ноги, сообщил пресс-секретарь «Комитета по предотвращению пыток» Иван Жильцов.

«Именно Башир принял первые удары нападающих на микроавтобус и до последнего пытался защитить своих пассажиров – он отказался открывать дверь и призывал нападавших образумиться. Те в ответ вытащили его из кабины и жестоко избили. Совершенно посторонний нам человек до последнего старался обезопасить нас, в результате его личный автомобиль был сожжен, а сам он получил серьезные травмы», — говорится в сообщении Жильцова.

По информации «Кавказского узла», Плиев «является инвалидом второй группы и заработок от частного извоза на своем микроавтобусе помогал ему кормить семью с тремя детьми, старшему из которых только 13 лет».

«Кроме пенсии по инвалидности, других источников заработка у меня нет. Частный извоз кормил меня и мою семью», — приводило издание слова водителя.

Четверо потерпевших — Ойстейн Виндстад и Мария Перссон Лефгрен, водитель Башир Плиев и «переводчица» (вероятно, речь идет о корреспонденте Александрине Елагиной, которая была в числе госпитализированных) — выписаны из больницы, сообщает «Кавказский узел» со ссылкой на сотрудника Сунженской районной больницы.

Вот сразу после всего голливудское фото норвежского журналиста Ойстейна Виндстанда, которую сделал Timur Rahmatulin

Опубликовано Егором Сковородой 11 марта 2016 г.Глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров прокомментировал нападение на журналистов и правозащитников телеканалу «Настоящее время». Руководитель республики дал понять, что расследование преступления может привести в Чечню.

«Сам случай произошел на федеральной трассе между двумя субъектными постами», отметил он, подчеркнув, что «территория де факто и де юре является территорией Ингушетии».

«Я бы не связывал эту ситуацию с какими-то республиками. Но вопросы по нападению вы задавайте также в соседнюю республику», — посоветовал Евкуров корреспонденту канала Тимуру Олевскому.

zona.media

Егор Сковорода

144. Камеру убери

Воспрепятствование работе журналистов — одна из самых редко применяющихся статей российского УК. Ее формулировка позволяет как отказать в возбуждении дела против напавших на журналиста, так и завести дело на того, кто неудачно схватился за микрофон — что и произошло с главой избирательного штаба Демкоалиции в Новосибирске Леонидом Волковым

«Путь Рамзана» для Ильи Горячева

В пятницу Мосгорсуд огласил приговор Илье Горячеву: пожизненное заключение. «Медиазона» и «Дождь» изучили материалы дела, в которых описано, как осужденный за создание нелегальной БОРН лидер «Русского образа» выстраивал отношения с властью, собирал досье на антифашистов и подрабатывал рассылкой спама

Оружейный БОРН

В Выборге начинается суд над предполагаемыми поставщиками оружия убийцам из БОРН. «Медиазона» — об арсенале неонацистов и их информационной поддержке

Бесконечная история

Два суда по административным делам, проверка на экстремизм и уличное избиение: саратовский журналист Сергей Вилков уверен, что все это — результат конфликта с местным депутатом

«А ты что, меня потеряла?»

«Медиазона» собрала немногочисленные и противоречивые свидетельства о последних сутках актера Данила Ляпустина, родные и коллеги которого не верят в его самоубийство

Синдром выгорания

Лариса Александровна Скрипаль и ее сын Антон из хакасского села Копьёво рассказывают, как сгорел их дом, и почему компенсации от государства погорельцам приходится добиваться через суд

Черноморские партизаны

Во вторник Северо-Кавказский окружной военный суд приговорил к семи годам лишения свободы Алексея Чирния — одного из «крымских террористов», предводителем которых следствие считает украинского кинорежиссера Олега Сенцова. Егор Сковорода разобрался в обстоятельствах дела.

БОРН. Реконструкция

Во вторник Московский областной суд на основании вердикта присяжных вынес приговор участникам Боевой организации русских националистов (БОРН). Максим Баклагин и Вячеслав Исаев получили пожизненное лишение свободы, Михаил Волков — 24 года. Четвертый подсудимый — Юрий Тихомиров, осужденный три года назад за убийство антифашиста Ильи Джапаридзе — был оправдан присяжными. Фотограф Сергей Карпов побывал на месте каждого из одиннадцати убийств, совершенных группировкой неонацистов

«Человек, всему научившийся у российской власти»

В понедельник Московский окружной военный суд приговорил Бориса Стомахина к трем годам лишения свободы. Корреспондент «Медиазоны» выслушал последнее слово публициста-эксцентрика, обвиняемого в оправдании терроризма

Что мы знаем об убийстве Немцова

Политически мотивированные версии в порядке их появления, поток информации от источников в спецслужбах, подтвержденные факты и реакция власти

v1.zona.media


Смотрите также